sandinist (sandinist) wrote,
sandinist
sandinist

Categories:

Ибрагим Гекчек. Последнее письмо...

Еще одна смерть в голодовке смерти в Турции – сегодня скончался Ибрагим Гёкчек (1980-2020), бас-гитарист Леворадикальной турецкой группы Yorum





Гекчек начал голодовку смерти, протестуя против концертных запретов и репрессий. Голодовка продолжалась 323 дней…

26 апреля он отправил письмо в редакцию "Юманите". В письме говорится об обвинениях, которые ему предъявляют, рассказывает о своей борьбе, вспоминает о своём друге, певице Хелин Бёлек, тоже объявившей голодовку и скончавшейся 3 апреля…





Последнее письмо Ибрагима Гекчек:

з окна моей комнаты виден сад. Я живу в трущобе, но если выйти из дома, то будет немного виден стамбульский Босфор. Сейчас я не могу выйти, потому что прикован к постели и вешу 40 кг. Ноги сильно ослабели и не могут держать тело.

И теперь мне остаётся только вспоминать Босфор. Вспоминать себя на сцене: на моей шее за лямку со звёздами прицеплена гитара, которую я люблю больше всего…

Передо мной – сотни тысяч человек с поднятыми кулаками поют «Бэлла, чао!» Моя рука гладит струны гитары, как будто она лучшая в мире… А мои ноги сильные. Я мог пробежать по Стамбулу вдоль и поперёк.

Моё состояние сейчас и мои воспоминания – это две реальности. В обеих я жил. Обе являются нашей общей реальностью. Ведь я живу в Турции и состою в группе, играющей политическую музыку. И моя история – это часть большой истории моей страны…





Сегодня исполняется 310 дней, как я не ем. Скажем так, «я выражаю свои мысли с помощью голодовки», или «у меня забрали бас-гитару, с помощью которой я разговаривал, так что я использую своё тело в качестве инструмента».

Меня зовут Ибрагим Гёкчек… Вот уже 15 лет я – бас-гитарист группы Grup Yorum. Эта группа была создана 35 лет назад 4 студентами и на протяжении своей истории видела многое, как и Турция. В итоге сегодня мы бастуем не на жизнь, а на смерть, чтобы иметь возможность снова давать концерты.

Одна из нас, мой дорогой товарищ Хелин Бёлек, покинула нас 3 апреля на 288 день своей бессрочной голодовки. Я принял знамя.

Вы спросите, почему музыканты из группы объявили смертельную голодовку? Почему они выбрали такой ужасный способ борьбы, как неограниченная забастовка? Вы найдёте ответ в окружающей нас не менее ужасной действительности. Именно она подтолкнула Хелин пожертвовать жизнью в 28 лет. Именно поэтому я угасаю с каждым днём.

Мы родились в борьбе за права и свободу, которую вели в Турции с 1980 года. У нас вышло 23 альбома. Мы собрали в них народную культуру и социалистические идеи. 23 альбома разошлись полностью, почти 2 миллиона экземпляров. Мы пели о нарушении прав в Анатолии и во всём мире.

В нашей стране все, кто столкнулся с этим, все борцы за права, все оппозиционеры, все те, кто мечтал о свободной и демократической стране видят то же самое: мы все, как в тюрьме, в заточении, наши концерты запретили, полиция захватила наш культурный центр и сломала музыкальные инструменты. А в Турции при AKP (Adalet ve Kalkınma Partisi – правящая "Партия справедливости и развития") нас впервые занесли в список «разыскиваемых террористов», за которых назначена награда. Вот почему я решил сегодня сделать то, чему некоторые удивляются: отказался от еды. Ведь несмотря на то, что мне вменяют, я совершенно не чувствую себя террористом.





Причина, по которой нас внесли в список террористов, следующая: в наших песнях мы поём о шахтёрах, которые вынуждены работать под землёй за самую низкую оплату, о рабочих, погибших в результате несчастного случая на производстве, о крестьянах, земли которых разрушаются, об интеллектуалах, которых поджигают, о разрушенных домах в трущобах, об ущемлении прав курдов и всех тех, кто сопротивляется. Говорить об этом считается в Турции «терроризмом».

Все те, кто думает, что спустя 30 лет социализм уже не актуален, и что у такого искусства, как наше, нет публики, ошибаются. Мы собирали во время концертов самую большую аудиторию как для Турции, так и для турецких исполнителей.

На стадионе «Инёню» в Стамбуле 55 000 наших зрителей подпевали в унисон нашим революционным песням. И во время этого концерта «Независимая Турция», который оказался нашим последним, я со сцены подыгрывал на своей гитаре этому удивительному хору из 55 000 человек. Вход на тот концерт был бесплатным, на него пришло около миллиона слушателей.

В последующие 4 года мы приглашали к нам прогрессистов и артистов из Турции. Во время одного из наших выступлений с нами на сцену вышла Джоан Баэз держа в руках гитару, сломанную полицией в нашем культурном центре. Группа Grup Yorum становилась жертвами репрессий любой власти в Турции. Но с объявлением партией AKP чрезвычайного положения в 2016 г. увеличилось давление на все категории населения: журналисты, прогрессисты, университетские преподаватели.





Мы поняли, что с нами будут обходиться ещё хуже, чем раньше. И вот проснувшись однажды утром, мы обнаружили, что 6 из нас теперь в «списке террористов». В том числе и я. Гитарист, который 5 лет назад играл на концерте, собравшем миллион зрителей, теперь террорист, объявленный в розыск, да ещё и с вознаграждением.

Правящая партия AKP при каждом кризисе ужесточает репрессии против всё больших слоёв населения. После публикации этого списка 2 года назад наш культурный центр пережил ещё 9 набегов полиции. Посадили практически всех членов нашей группы, так что в какой-то момент никого из Grup Yorum не осталось на свободе. Чтобы иметь возможность продолжать концерты, мы вынуждены были перестать набирать новых музыкантов.

Мы организовывали концерты по интернету с участием молодёжи из нашего народного хора. И одновременно, ввиду репрессий в наш адрес, мы писали пресс-коммюнике и петиции. Но репрессии продолжались.

В феврале 2019 г. меня арестовали, когда я был в нашем культурном центре, а в мае 2019 г. мы начали голодовку «за снятие запрета на наши концерты, за прекращение набегов на наш культурный центр, за освобождение членов нашей группы, находящихся в тюрьме и прекращение начатых против них судебных процессов и, в конце концов, за исключение наших имён из списка террористов».



Ибрагим Гекчек и Хелин Белек

Потом мы с Хелин Бёлек решили перевести голодовку в неограниченный режим. Это означало, что мы не будем прекращать её, пока не удовлетворят наши требования. Если потребуется – даже ценой нашей жизни. Во время судебного процесса нас с Хелин освободили. Но, несмотря на поддержку народа, прогрессистов, артистов, депутатов, правительство отказывается выполнить наши требования. Навещавшим её депутатам Хелин сказала: «Пусть нам разрешат проводить концерты, тогда я прекращу голодовку».


Этого не случилось. Более того, правительство запретило нам организовать похороны Хелин так, как она этого хотела. Сейчас она покоится на стамбульском кладбище в белых одеждах. Теперь соседняя со мной комната пуста. Что касается меня, то я уже какое-то время на встаю с кровати.

Haydi Kalk Gidelim. Слова: Хелин Белек, музыка: Ибрагим Гекчек:


И я не знаю, куда приведёт меня мой путь. Мучительная борьба, происходящая сейчас в моём теле, убьёт ли она меня? Или же жизнь восторжествует?

Но в одном я уверен ещё твёрже с тех пор, как начал эту борьбу: я буду цепляться за жизнь на своём пути к смерти"…



Tags: grup yorum, ибрагим гекчек, левые, протестная музыка, турция
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments